Кандагар и Баграм, Кабул и Гильменд помнят кременчугских ребят

Сегодня — 21-я годовщина со дня вывода советских войск из Афганистана. «Больно вспоминать. В горле комок, мне всегда снятся афганские сны. Больше двадцати лет прошло, а вроде, как вчера, всё так же с ребятами выходим на задание для очередного перехвата караванов с оружием. И все ещё живы, шутим по-мальчишески, не думая о самом страшном — гибели», — вспоминает кременчужанин Юрий Радов, который в своё время «отпахал» на своём БМП не один десяток километров афганских дорог. После десяти лет боевых действий «шурави» (так называли советских солдат жители Афганистана) навсегда ушли из этой страны, оставив после себя гражданскую войну и неоднозначное отношение со стороны местного населения. Впрочем, это уже не их вина, а политиков, которые послали ребят на ту войну. Больше двадцати лет прошло после войны, но «афганцы», до сих пор видят в своих снах горы и крепко держат «калаш»: «Колонна попала в засаду. Идём на выручку. Минимум лишнего, максимум боезапаса. Вперёд ребята!»



«Три месяца афганской весны»

Кременчужанин Виктор Плисюк и через двадцать лет готов вернуться в Афганистан, но только в мирную страну, где нет войны: «Прошёлся бы теми местами и привёз домой прекрасные афганские цветы — тюльпаны».

Весной 1984 года моторист артиллерийского подразделения, сержант Виктор Плисюк три последних месяца службы провёл в разгаре афганской войны. Во время сопровождения колонны, машина со снарядами подорвалась на мине и была оставлена под охраной подразделения ВДВ, остались и артиллеристы. Через некоторое время «подтянулись» «духи» и окружили советских солдат. Виктору Плисюку, вместе с десантниками, пришлось плечом к плечу держаться до подхода помощи. 12 десантников и мотористы вели непростой бой с моджахедами. Через полчаса прилетели «вертушки», которые уничтожили и разогнали боевиков. Четверо были тяжело ранены, а товарищ Виктора смертельно — он умер в госпитале. Сам Виктор этот бой сдержанно назвал «эпизодом» афганской войны: «Мы делали своё дело и никто не считал себя супермэном. Не так нас воспитывали — ведь война это тяжёлый ратный труд и в ней мало красивого. Мне и сейчас часто вспоминается Баграм и друзья по Афгану. Не знаю, что сказать про дилемму — правы мы были, или нет, воюя в Афганистане. Это дело политиков и историков. Но уверен, что свой солдатский долг мы выполнили с честью. И ещё добавлю — после Афгана ценю каждый день своей жизни».

«Он погиб 29.09.84-го — был на броне, когда пошли в сторону Калаха, а там ночью «духи» их окружили и подорвали Юркину БМП…»

Такая переписка обычная для кременчужанина Юрия Радова — участника афганской войны. Он и через двадцать лет продолжает искать своих боевых побратимов.

Пройдя «учебку», механик-водитель БМП-2 Юрий Радов попал в 173 отдельное подразделения спецназначения ВДВ с дислокацией в районе Баграма — 80 км от границы с Пакистаном. Основная цель подразделения — это перехват караванов с оружием, которые двигались к моджахедам из сопредельной страны, а назад очень часто транспортировались наркотики. Именно на броне БМП-2 Юрия Радова десантники выходили на боевое задание. «В Афганистан сам попросился, как только попал в «учебку». Тогда пропаганда была серьёзная — выполнять интернациональный долг. Хотя никто никого силком не тянул — мы, совсем юные пацаны, готовы были ехать на войну добровольно и подали рапорт». Однако действительность была совсем иной. Бесконечные бои с моджахедами и мало надежды, что это можно когда-нибудь остановить и окончательно победить: «Духов» очень классно вооружали, помогали советники из США, наёмники, например из Китая. Одного из таких пришлось транспортировать в БМП. Что до пленных боевиков, то их было не так много. В плен ни они, ни мы попадать не хотели — бои шли жестокие, но всё же нескольких пленных духов увидел. Вели они себя очень хладнокровно, хотя и объяснялось это явление, иногда, наркотическим опьянением. Помню, как прикрывали наших спецназовцев. Десантники под видом моджахедов (амуниция, машины, оружие) вышли на перехват каравана. Взяли в плен выжившего духа, но он не проронил ни одного стона, ни одного слова…»

В своих воспоминаниях Юрий очень неохотно выслушивал рассуждения про «героизм», «храбрость», «самопожертвование». В разговорах «афганцы» эти слова произносить не любят: «Может это прозвучит немного странно, но со временем мы «привыкли» к войне и уже тяжело представляли другую, мирную жизнь. Хотя всё время думали и вспоминали о ней».

Власть помнит, в день вывода

12 февраля, накануне годовщины вывода советских войск из Афганистана, мэр Кременчуга Николай Глухов традиционно встретился с матерями и жёнами погибших. Именно на этих, непротокольных встречах родственники погибших могут откровенно рассказать руководителю города о своих проблемах и обратиться за помощью. На встрече Николай Глухов подчеркнул то, что сколько бы лет не прошло с той войны — память про ребят, которые погибли или пропали без вести в Афганистане, останется неизменной.

Николай Тарасенко