Рабство по-кременчугски

«Нас запирали и не пускали домой, обеденный перерыв длился 10 минут, а рабочий день — 12, а то и больше часов. О том, чтобы взять больничный или отпуск, и речи не могло быть», — именно в таких условиях работают швеи на одной из частных фирм в Кременчуге. В редакцию газеты пришла 20-летняя девушка Алёна. Она — бывшая работница частной фирмы по пошиву мужских костюмов, цеха которой находятся на улице Щорса, и рассказала о том, как там относятся к работникам. Как сказали, так и будет

Те, кто работают без оформления, заранее должны понимать, что помочь им отстоять свои права никто не сможет. Потому что по документам их на фирмах или предприятиях нет. Хозяева пользуются этим сполна и просто издеваются над работниками.

«В цехе работает около 80 людей, официально оформленных нет. Все сидим, как на пороховой бочке, ведь уволить могут кого угодно по желанию мастера. О том, что общаются с нами, как с последней сволочью, я уже и не говорю — постоянные ругательства, маты. Ежедневно можно увидеть новое лицо — текучка кадров просто невероятная. Иногда бывает, что человека в понедельник утром приняли на работу, а во вторник выгнали. Но самое ужасное то, что при увольнении, не важно сколько отработал человек, деньги за последние дни, недели или месяц не платят», — возмущается Алёна.

Непорядочные частные предприниматели достаточно часто используют проблемы людей в свою пользу. На работу принимают тех, кто не имеет альтернативы и вынужден терпеть все издевательства. Часто это женщины за 40 и молодые девушки, которые едва только закончили учёбу. Те, кто не может устроиться на более престижную работу.

«Мы даже в туалет сходить не можем — это запрещено», — добавляет девушка.

Ужасы нашего городка

О своеволии хозяев ходит много легенд, но обычно говорят об этом на кухне за закрытыми дверями, чтобы никто не услышал и не уволил.

«У нас очень не любили, когда человек пытался уйти домой вовремя. Вообще-то рабочий день длится с восьми до шести, но раньше девяти уйти никогда не позволяли. Иногда днём работы не давали, только вечером. Все субботы — рабочие. Неоднократно просили руководство сделать хоть короткий день, в пятницу отработать дольше, сделать сверхурочную работу, чтобы иметь не один выходной день, а полтора, но всё было напрасно. А однажды, в субботу, вообще закрыли решётки, и мы не могли выйти из помещения до одиннадцати ночи, — продолжает Алёна. — Если что-то не нравится, можешь собирать вещи и убираться. И все услышат привычную фразу: „О, ещё одна подарила нам 1000 гривен“. Мне кажется, что всё это делается преднамеренно, чтобы люди не выдерживали и уходили, а деньги оставались бы у работодателей».

Заработная плата швеи с таким жёстким графиком составляла приблизительно 1750-1900 гривен в месяц. С учётом 13-14-часового рабочего дня это выходит 5,18 гривен (0,6 доллара) в час. На Западе за такие деньги не пойдёт работать никто.

«О социальных пакетах в цехе и не знают. Отпуск брать нельзя, хочешь отдохнуть — увольняйся, а потом, возможно, тебя и примут назад. То же касается и больничных. Болеть вообще нельзя: или приходи и работай, или увольняйся — выбора нет», — жалуется бывшая работница цеха по пошиву костюмов.

Желаю работать

Позвонив по номеру, указанному в объявлении, мы услышали приятный женский голос. Нам рассказали, что работа нетяжёлая, пятидневная рабочая неделя, 8 часов в день и час перерыва. Об опыте работы или категории никто не спрашивал, а заработную плату пообещали до двух тысяч гривен, со стабильной выплатой. Также женщина рассказала, как добраться до их цеха и даже вежливо предложила позвонить по телефону ей ещё раз, если заблудимся. Даже пообещала встретить нас на улице.

«Вежливо разговаривает наше руководство только с незнакомыми, будущими работниками. Когда же ты уже у них под „колпаком“, о вежливости можно и не мечтать. Мастер может угомониться только в присутствии старшего технолога, все остальные для неё — пустое место. А вот с нашими директорами мы вообще никогда и не разговаривали, только краем глаза видели их. Если автомобиль стоит рядом со зданием, то они на месте, и с работниками никогда не общаются, — рассказывает Екатерина, более опытная работница фирмы. — Вообще к нам берут всех, а вот сколько ты будешь работать — никто не знает».

С места событий

Мы посетили этот цех. И увидели всё своими глазами. В небольшом помещении друг около друга стоят швейные машины, доски для утюжки, столы для раскроя. О нормируемом количестве квадратных метров для каждого человека речь не идёт. Воздух затхлый, дышать невозможно, нигде не видно ни одного кондиционера, только открытые окна, которые создают что-то наподобие сквозняка. Женщины в домашней одежде: футболки, шорты, халаты. Заглянув в цех в обеденное время, не увидели ни одного человека, который бы ел. А вот покурить девушки выходили, среди них были и дети, на вид несовершеннолетние. Похоже, это нынешние выпускницы училищ, где учат на швей. Конечно, им уже есть 18, а вот есть ли опыт работы?

Об издевательствах со стороны руководства ни одна из девушек ничего не сказала, наоборот заверили, что домой уходят вовремя и никто их никогда не задерживал. А вот вопрос о трудовой книжке сначала вообще не поняли, о чём идёт речь. Переглянувшись между собой и директором, ответили: «Да, есть».

Позиция директоров

Руководит цехом по пошиву мужских костюмов семейная пара. Предприятие работает уже 12 лет. А история, которую рассказали в редакции, является обычной клеветой. Интересно, что сначала общаться они вообще отказывались, пока мы не назовём имя жалобщика. Смириться с тем, что мы имеем право не разглашать свои источники, они никак не хотели. В какой-то момент женщина даже начала угрожать: «Сейчас я вам такое удостоверение покажу, что вы вообще будете бояться со мной разговаривать”.
Вообще позиция руководства следующая:
 — Наше предприятие работает много лет. У нас есть люди, которые с нами с самого начала. Всё это — клевета со стороны конкурентов. Мы помогаем своим работникам, платим за их лечение. Предоставляем одни из лучших социальных пакетов в городе, а те, кто не желают работать, — могут убираться. Здесь никого силой не держат.

Послушав рассказ девушки, пообщавшись с другими работницами этого цеха, становится понятно, что рабство всё-таки есть. Немного другое, без кандалов и кнута, но так, как в старые времена, с издевательствами. И рабство это в Кременчуге.